– Инспектор-детектив Резник. Я хотел бы поговорить с вами о Глории.

Два поворота ключа, звякнувшая цепочка, резкий щелчок задвижки замка.

– Миссис Саммерс?

– Вы нашли ее?

– К сожалению, нет. – Резник медленно покачал головой. – Еще нет.

Плечи женщины опустились, видимо, постоянное ожидание и исчезающая надежда полностью лишили ее сил. Ее глаза покраснели и воспалились от слез. Она потерянно стояла в дверях квартиры и смотрела на Резника, надломленная виной за случившееся.

– Вы миссис Саммерс?

– Да, Эдит Саммерс.

– Вы разрешите войти?

Она отступила назад и через небольшую прихожую провела его в гостиную. Здесь стояли работающий телевизор, аквариум с золотыми рыбками, фотографии в рамках. На экране телевизора длинноволосый ведущий в смокинге заставлял пожилую пару мучительно искать ответы на его каверзные вопросы ради приза – двухкамерного холодильника. В углу комнаты, под квадратным столом с позолоченной окантовкой, лежал зеленый пластиковый пакет, из которого торчали руки и головы нескольких кукол.

– Вы – бабушка Глории?

– Да, я воспитываю ее.

– А ее мать?

– Она живет со мной.

– Мать?

– Глория.

Резник пытался отвлечься от грохочущей музыки, несущейся из верхней квартиры и действующей на нервы.

– Вы видели кого-нибудь? – спросил он. – Никто не подходил к ней?

Она, не отвечая, смотрела на него, проводя пальцами по волосам, будто обтирая их. Резник сел. Она последовала его примеру. Теперь они оба сидели в одинаковых креслах с резными деревянными подлокотниками, обтянутыми материей спинками и мягкими сиденьями. Он подумал, не следует ли найти кухню и приготовить ей чай, и пожалел, что не захватил с собой Линн Келлог.

– Она всегда жила здесь со мной. Это я вырастила ее. Эдит Саммерс достала из кармана вязаной кофты пачку сигарет, щелчком выбила одну, взяла из коробки спичку, зажгла ее и затянулась.